Культтуризм с Владимиром Раевским: три выставки в Стамбуле, на которые стоит не спеша поторопиться



Грищенко — украинско-русский художник начала века с типичной судьбой: Киев, потом Москва и студия Юона на Арбате, дальше бубновалетовцы Машков и Кончаловский, художественные странствия по Италии, членство в «Мире искусства», краткий миг во ВХУТЕМАСе и бегство. Бег классически до Крыма, а оттуда в Константинополь. В Стамбуле Грищенко проведет два года, во время которых не будет выпускать из рук этюдник, карандаш и краски. Итоги двух лет константинопольской жизни Грищенко рассеялись по миру: от Киева (умирая 93-летним, он завещал львиную долю своего наследия Украине) до частных коллекций (Грищенко покупали и те же Кочи, и знаменитый американский коллекционер Альберт Барнс). Только в России Грищенко — практически пустой звук. Ну да что сказать, не он один…


И тем глубже чувство благодарности к Mesher за выставку, сделанную с непонятно откуда взявшейся любовью к странному русскому украинцу. И за изгнанническую тоску (тоски, впрочем, стамбульцам и так не занимать). Лиричные, с тончайшим чувством цвета, работы выставлены очень отчетливо, хотя впечатление производят именно серией: их написал человек, слоняющийся по чужому городу и чужому миру, привычно устраивающий себя всюду своим, — Грищенко быстро со всеми познакомился и вписался в «константинопольский Монмартр». Однако этот человек остался грустным пришлым наблюдателем. Кстати, уедет из Стамбула Грищенко тоже благодаря умению устанавливать связи: ему поможет деньгами Томас Виттемор, американский византинист и русофил, спаситель Святой Софии, во многом лично убедивший когда-то президента Ататюрка превратить мечеть в музей.

2

Вторая отличная выставка открыта в музее Pera неподалеку. Вообще, Pera, названный так в честь всего района с Галатской башней, где традиционно жили константинопольские итальянцы и французы, — это частный музей с выставками, исследующими Турцию взглядом одновременно из Европы и Азии (как любой спор в интернете сводится к сами знаете кому, любая турецкая общественная мысль упирается в границу континентов и нравов). Выставка «Миниатюра 2.0» — это преломления древней исламской традиции через современное искусство.

Миниатюра тут может быть и огромной картиной (с шестью позами автора этой картины — шведки иракского происхождения), и толпой свиты османского султана, наблюдающей за летящим дроном, и ржавой проволокой, просвеченной ярким фонарем и отбрасывающей тень в форме читающего восточного вельможи. Рано, в общем, думать об исламском искусстве как о чем-то либо древнем, либо современном, но маргинальном. Но для этого необходимо успокоиться, перестать превращать памятники ЮНЕСКО в мечети и быть «улыбчивым и простым», что в современном исламском мире, как видим, удается не всем.


3

Третья выставка, которая заслуживает безусловного внимания, открылась и вовсе на днях. Это экспозиция «Между империями, поверх границ» — трогательный рассказ о семье из Австро-Венгрии, перебравшейся в Османскую империю и насмешливо фиксирующей как ее повседневную, так и великосветскую жизнь. В семье Кёпе было шестеро детей: брат Таиб фотографировал, брат Антуан записывал, остальные вовсю позировали. Супрематический воздушный шар над Константинополем фиксирует город (чуть ли не впервые) с высоты птичьего полета — в корзине Таиб. Первый самолет над Стамбулом — снова он. Султан Мехмед V и император Франц-Иосиф обнимаются и клянутся в вечной дружбе — и тут венгры подоспели и сфотографировали. Началась Первая мировая — герои идут на фронт. Записки с фронта — во всех подробностях. Император помер, да здравствует новый — Кёпе получает орден. Султана хоронят — мы тут, привет! Оккупация Константинополя — сфотографируют и запишут. Венгры пробудут гостями в Османской империи в течение полувека, увидят своими глазами абсолютно все, а потом спокойно эмигрируют в Штаты. Один из братьев, Антуан, так и запишет: мы видели то, что вам, потомки, уже не увидеть: Belle Epoque.



Такие выставки, — и первая, и вторая, и уж точно третья — здорово прочищают оптику взгляда, ведь Стамбул — немного город из кинохроники. Люди двигаются, мягко говоря, в ускоренном темпе, при этом смотрят на тебя — каждый раз, как в старинную камеру. Лица — нет, ну правда! — ничем не отличаются от старинных фотографий. В городе — раз, остановишься на секунду — как будто ничего не изменилось ни со времен первого полета на воздушном шаре (1909), ни со времён скитаний Грищенко (1920), даже со времен средневековых миниатюр, которые 1.0.

Но немного времени — снова р-раз! — и все изменится, выставки закроют, и вы никуда не успеете. Поэтому, спешить, конечно, не нужно, а приехать в Стамбул и увидеть своими глазами — обязательно.

Alexis Gritchenko. The Constantinople YearsMesher, до 1 ноября

Miniature 2.0: Miniature in Contemporary ArtМузей Pera, до 17 января

Between Empires, Beyond Borders Salt Beyoğlu, до 27 декабря

Источник: www.buro247.ru